Донное траление ежегодно нарушает до 2% площади морского дна и ведётся в том числе на глубинах около четырёх километров. Эти оценки приводятся в новом разделе доклада Planetary Health Check 2026, посвящённом состоянию дна Мирового океана. Исследователи предлагают рассматривать его не только как место обитания морских организмов, но и как часть системы обмена углеродом и питательными веществами между осадками и водой.
Когда трал проходит по дну, он повреждает местообитания и взмучивает осадки. Последствия зависят от участка: коралловые и губковые сообщества, заросли моллюсков, роющие животные и микроорганизмы по-разному участвуют в пищевых цепях и переработке органического вещества. Поэтому площадь, затронутая тралением, сама по себе не показывает, насколько сильно изменились экосистемы и как быстро они смогут восстановиться.
Отдельный вопрос — углерод, накопленный в донных осадках. Согласно приведённым в докладе модельным оценкам, донное траление может ежегодно высвобождать из них более 100 млн тонн углерода. Эту величину нельзя считать объёмом выбросов в атмосферу: какая часть высвобожденного углерода в итоге попадает туда в виде дополнительного CO₂, пока остаётся предметом научных споров.
Давление на морское дно не ограничивается рыболовством. Авторы рассматривают строительство подводной инфраструктуры и перспективу добычи марганцевых конкреций. По их оценке, один такой проект способен непосредственно затронуть более 200 км² дна. Для глубоководных экосистем последствия вмешательства изучены хуже, а результаты отдельных экспериментов показывают, что следы нарушения могут сохраняться десятилетиями.
В докладе отдельно разбирается Балтийское море: там воздействие на донные сообщества сочетается с эвтрофикацией, нехваткой кислорода, потеплением и закислением воды. Авторы считают, что антропогенные изменения затронули всё его дно в той или иной степени.
Исследователи отмечают, что для состояния морского дна пока нет общепринятого глобального показателя и научно обоснованного порогового значения. Их ближайшая задача — лучше измерять масштабы вмешательства, чувствительность разных участков и сроки восстановления экосистем.
