В ночь на 6 октября 1948 года мощное землетрясение разрушило большую часть Ашхабада. Обрушились жилые дома, больницы и административные здания, погас свет, прервалась связь. Под завалами оказались тысячи людей. Землетрясение магнитудой около 7,3 стало одной из самых тяжёлых природных катастроф в истории СССР.
В городе и его окрестностях погибли десятки тысяч человек. Врачи оперировали под открытым небом, раненых вывозили самолётами, а затем по железной дороге. Ашхабад предстояло строить практически заново — с учётом опасности, масштабы которой стали понятны после обследования разрушенных кварталов.
Ночь 6 октября
Главный удар произошёл вскоре после часа ночи, когда большинство жителей находились дома. Заведующий отделом ашхабадской сейсмической службы В. Т. Архангельский вспоминал, как первые вертикальные рывки сменились сильными горизонтальными движениями. Он успел выбежать во двор, а стены за его спиной уже разрушались.
Находившийся в городе геолог Дмитрий Наливкин описывал эту ночь так: «В наступившей кромешной темноте слышался только грохот разрушающихся зданий, треск ломающихся балок, грохот железа». Его свидетельство и воспоминания Архангельского приведены в исторической публикации государственного издания «Туркменистан: Золотой век».
Зона тяжёлых разрушений вышла далеко за городскую черту. По реконструкции, обобщённой международной группой сейсмологов, интенсивность сотрясений в Ашхабаде достигала девяти баллов, а в некоторых населённых пунктах восточнее — десяти. Пострадали и районы на другой стороне границы: в Иране были разрушены более тридцати деревень. В районе Деррегеза погибли свыше 350 человек.
Земля продолжала двигаться после главного толчка. Сильные повторные удары произошли утром 6 октября, а новый толчок 8 октября вызвал дополнительные жертвы. Даже между 20 октября и 20 ноября ашхабадская станция зарегистрировала 138 повторных толчков. Для людей, разбиравших завалы и пытавшихся вернуться в уцелевшие помещения, опасность не закончилась с наступлением первого утра.
Дома, не рассчитанные на такой удар
Значительную часть застройки составляли дома из сырцового кирпича с тяжёлыми глиняными кровлями. После разрушения стен крыша обрушивалась внутрь. О таком характере повреждений рассказывают материалы Государственного музея Туркменистана. Но катастрофа не ограничилась старым саманным жильём: тяжёлые повреждения получила и капитальная кирпичная застройка.
Согласно докладу правительственной комиссии от 6 октября 1948 года, жилищный фонд Ашхабада насчитывал 9434 дома общей площадью 558 тысяч квадратных метров. Комиссия сообщала, что основная часть застройки разрушена. На стекольном заводе имени Калинина повреждение зданий сопровождалось пожаром. На мясокомбинате под обломками оказались оборудование и запасы продовольствия. Пострадали электростанция, вокзал и железнодорожные сооружения.
Сейсмолог Александр Сидорин из Института физики Земли РАН в исследовании 2019 года связывал масштаб разрушений с недооценкой сейсмической опасности на два-три балла и несоблюдением требований к проектированию, строительству и эксплуатации зданий. По его оценке, уязвимость застройки стала одной из главных причин столь тяжёлых последствий.
Госпиталь под открытым небом
Первые спасательные работы вели уцелевшие жители и военнослужащие местного гарнизона. Одновременно приходилось искать людей, переносить раненых и устраивать места для оказания помощи. Медицинские учреждения сами были разрушены; привычная система, в которую должны были поступать пострадавшие, перестала действовать.
На центральной площади врачи устроили импровизированный госпиталь. Освещение обеспечивали костры и факелы, воду кипятили в вёдрах, столы накрывали простынями. Среди работавших здесь был хирург Борис Смирнов, оперировавший людей с черепными травмами. Эти подробности сохранились в свидетельствах участников спасательной операции.
Из других городов направляли врачей, медикаменты и оборудование. Тяжелораненых вывозили самолётами. Как пишет историк архитектуры Руслан Мурадов, с 8 октября, после восстановления повреждённого участка железной дороги, к эвакуации подключили поезда. Помощь поступала из Москвы, Баку, Ташкента, Алма-Аты и других городов. В его историческом обзоре спасение людей и восстановление транспортного сообщения рассматриваются как первые этапы возвращения города к жизни.
Потери и память
Первые сводки отражали лишь часть потерь. В докладе правительственной комиссии от 7 октября сообщалось о 5300 погибших, найденных на улицах города. Только две тысячи из них удалось установить поимённо. Разбор завалов и учёт погибших ещё не завершились.
Точное число жертв так и не установлено. В исследовании 2024 года группа сейсмологов под руководством Нилла Маршалла, опираясь на работы Александра Сидорина, приводит около 40 тысяч погибших как наиболее вероятную оценку, в том числе примерно 35 тысяч — в Ашхабаде.
В музеях Туркменистана сохраняются фотографии разрушенного города, свидетельства выживших и предметы, найденные среди обломков. Среди экспонатов выставки Государственного музея — снимок уличных часов, остановившихся во время землетрясения. Ежегодно 6 октября в стране вспоминают погибших. Для семей, потерявших близких, эта дата осталась границей между прежней жизнью и городом, который появился после катастрофы.
Разрушения за пределами города
Ашхабад расположен у северного подножия Копетдага — горной системы на границе Туркменистана и Ирана. Землетрясение оставило следы не только в застройке. Полевые группы зафиксировали трещины, уступы и смещения грунта к северо-западу, юго-востоку и востоку от города. Участки разрывов были прерывистыми, но вместе занимали полосу протяжённостью около 80 километров.
Особенно необычные явления наблюдали у Куру-Гаудана: из земли выбрасывало осадочный материал и жидкую грязь, появлялись невысокие конусы. В современной научной реконструкции эти наблюдения рассматриваются как возможные признаки разжижения грунта. При сильных колебаниях насыщенные водой рыхлые отложения могут временно терять прочность, а вода с частицами породы — выходить на поверхность.
Повторные геодезические измерения вдоль железной дороги показали, что изменения были неодинаковыми. У Анау, восточнее Ашхабада, зафиксировали опускание примерно на 22 сантиметра, у Безмеина, западнее города, — поднятие примерно на 33 сантиметра. В самом Ашхабаде измеренное горизонтальное смещение достигало 1,8–1,9 метра. Для восстановления путей и коммуникаций имело значение не только состояние сооружений, но и новое положение земли под ними.
Пострадало и историческое наследие. Землетрясение разрушило мечеть Анау с мозаичным порталом, украшенным изображениями драконов. Фрагменты её декора сохранились в музейных собраниях. В экспозициях о катастрофе они соседствуют с фотографиями жилых кварталов: разрушения затронули и повседневную среду города, и памятники, существовавшие задолго до него.
Учёные среди развалин
Академия наук СССР направила в пострадавший район специальную комиссию. Её сотрудники обследовали здания, описывали деформации поверхности, собирали свидетельства и сопоставляли силу воздействия в разных населённых пунктах. Работами руководил сейсмолог Владимир Бончковский. Материалы комиссии и его личного архива позднее использовал Александр Сидорин в исследовании последствий землетрясения.
Обследование не сводилось к подсчёту повреждённых домов. Исследователям требовалось понять, почему разрушения различались от участка к участку, какие трещины связаны с движением по разлому, а какие возникли из-за сотрясения слабого грунта. Карты повреждений и полевые описания стали основой дальнейших инженерных и геологических работ.
За повторными толчками продолжили наблюдать после завершения экстренной фазы. В июне—октябре 1949 года и июне—сентябре 1953-го в районе работали временные сейсмические сети. По данным, обобщённым в Geophysical Journal International, значительная часть повторных толчков происходила на глубинах 10–12 километров, а их скопления отмечались возле юго-восточного и северо-западного краёв наиболее разрушенной зоны. Так исследователи постепенно восстанавливали устройство очага, скрытого под поверхностью.
Новый город на месте старых кварталов
Восстановление началось с временного жилья. Затем в Ашхабад пошли эшелоны со строительными материалами: лесом, цементом, металлом, оборудованием и комплектами сборных домов. По описанию Руслана Мурадова, проектные организации нескольких городов готовили новую застройку, пока жители ещё обустраивались среди руин.
Значительную часть восстановленных кварталов составили двухэтажные многоквартирные кирпичные дома с повышенной сейсмостойкостью. Их размещали по периметру старых кварталов, оставляя внутри общие озеленённые дворы. Менялись и здания, и привычное устройство соседской жизни: вместо преимущественно отдельных домов складывалась среда общих дворов и нескольких семей под одной крышей.
Для научного сопровождения строительства в апреле 1949 года при Физико-техническом институте Туркменского филиала Академии наук СССР создали отдел антисейсмического строительства. В 1951 году он стал самостоятельным научно-исследовательским институтом. Эти этапы отмечены в истории восстановления Ашхабада.
После катастрофы была организована Служба срочных донесений, предназначенная для оперативного сообщения о сильных землетрясениях органам управления и заинтересованным организациям. Александр Сидорин относит её создание к важным результатам работы, начатой после Ашхабадского землетрясения.
Что показали старые снимки
В 2024 году в Geophysical Journal International вышла новая реконструкция Ашхабадского землетрясения. Специалисты Оксфордского университета, Академии наук Туркменистана и других научных центров сопоставили исторические записи колебаний, полевые отчёты и спутниковые изображения. По их выводам, разрыв начался рядом с городом и охватил несколько участков разломов. Один из них протянулся примерно на 40 километров к юго-востоку от Ашхабада.
Особенно полезными оказались снимки программы Corona 1967 года. На них сохранились следы деформаций, которые позднее скрыла расширявшаяся застройка. Учёные прослеживали уступы, смещения русел и изменения рельефа, сопоставляя их с наблюдениями первых экспедиций.
Дополнительные сведения дали древние сооружения. На снимках видны цепочки шахт кяризов — подземных каналов водоснабжения. Смещения этих линий и стен древней Нисы помогли исследователям искать следы более ранних землетрясений.
На ряде активных разломов в южной части современного Ашхабада и западнее города учёные обнаружили следы более древних движений, но не выявили разрывов поверхности, связанных с событием 1948 года. По заключению авторов, эти участки также требуют внимания при оценке сейсмической опасности столицы.
