В районах промышленного освоения Арктики пожары возникают в 2,5 раза чаще

Человеческая деятельность может заметно повышать вероятность природных пожаров в Арктике даже при сопоставимых климатических условиях. К такому выводу пришла международная группа учёных, проанализировавшая данные о пожарах и искусственном ночном освещении в циркумполярном регионе.

Исследование принято к публикации в журнале Communications Earth & Environment. Авторы изучили 2 968 пожаров, произошедших в Арктике с 2001 по 2013 год на территориях между 66-м и 75-м градусами северной широты. Искусственный свет использовался как спутниковый индикатор человеческой активности — населённых пунктов, промышленных площадок и связанной с ними инфраструктуры.

Из всех зафиксированных пожаров 336, или 11,3%, произошли непосредственно внутри освещённых зон. Среди контрольных участков с аналогичными температурой, осадками и атмосферной сухостью в таких зонах находились только 4,6%. Таким образом, вероятность возникновения пожара на освещённых человеком территориях оказалась в 2,45 раза выше.

Анализ также показал, что пожары концентрируются не только внутри промышленных и населённых зон, но и вблизи них. По мере удаления от искусственно освещённых территорий частота возгораний снижалась быстрее, чем на контрольных участках со сходным климатом.

Авторы подчёркивают, что результаты не позволяют считать каждый пожар непосредственно вызванным человеком. Основными природными условиями для возгораний в Арктике остаются высокая летняя температура, дефицит влаги, количество осадков, состояние растительности и молнии. Однако после исключения климатических различий пространственная связь с человеческой деятельностью сохранилась.

Одним из возможных источников риска исследователи называют промышленную инфраструктуру. В Арктике около 85% освещённых ночью территорий связаны не с населёнными пунктами, а преимущественно с добывающими производствами. Площадь таких зон с 1992 по 2013 год увеличивалась в среднем на 4,8% ежегодно.

Часть возгораний может возникать непосредственно из-за деятельности людей — открытого огня, работ в лесах и тундре, эксплуатации транспорта и оборудования. Промышленное освоение способно повышать пожарную опасность и косвенно: строительство дорог, трубопроводов, карьеров и производственных объектов изменяет растительный покров.

На нарушенных территориях кустарниковая и болотная растительность нередко сменяется травами и осоками. Их сухие надземные части легче воспламеняются и увеличивают количество доступного для огня топлива. Дополнительным фактором могут становиться утечки нефтепродуктов и изношенность инфраструктуры.

Исследователи установили, что 483 пожара, или 16% от общего количества, произошли в пределах одного километра от дорог. В европейской части Арктики этот показатель достигал 73%. В километровой зоне вокруг населённых пунктов зафиксировали 216 пожаров, или 7,3%. В общей сложности 17,5% всех рассмотренных пожаров находились в пределах одного километра от дорог, поселений, горнодобывающих объектов либо нефте- и газопроводов.

Особенно заметными оказались различия между отдельными промышленными территориями. В районе Ванкорских нефтяных месторождений в России с 2001 по 2013 год внутри освещённой зоны произошло 40 пожаров. На месторождении Прадхо-Бей на Аляске за тот же период спутниковые данные не зафиксировали ни одного пожара непосредственно в  промышленной зоне.

По мнению авторов, такое различие может быть связано с качеством содержания инфраструктуры, противопожарными правилами и организацией тушения. Однако они предупреждают, что два месторождения расположены в разных природных условиях, поэтому делать вывод о прямом влиянии добычи нефти только на основе этого сравнения нельзя.

Похожая картина выявлена в европейской Арктике. На карте исследования пожары в районе горнодобывающих территорий Кольского полуострова сконцентрированы преимущественно на российской стороне границы, тогда как на сопоставимых освещённых территориях Норвегии и Финляндии их значительно меньше. Авторы рассматривают различия в управлении пожарными рисками как одно из возможных объяснений, но отмечают, что климат, растительность и интенсивность промышленной деятельности по обе стороны границы специально не сопоставлялись. Карта этого распределения приведена на странице 24 исследования.

Рост числа пожаров в районах освоения создаёт двойную угрозу. Огонь повреждает промышленную и транспортную инфраструктуру, а уничтожение растительности ускоряет прогрев и оттаивание многолетней мерзлоты. Это увеличивает риски деформации зданий, трубопроводов и дорог, а также способствует дополнительному высвобождению углерода.

Арктические и бореальные пожары ежегодно выбрасывают в атмосферу в среднем около 142 млн тонн углерода, что составляет примерно 7% мировых пожарных выбросов. На тундровые территории приходится около 19 млн тонн. В исследовании также отмечается, что пожары усиливают термокарстовые процессы и могут способствовать дальнейшему потеплению через потерю углерода из почв и мерзлоты.

Авторы считают, что планы промышленного освоения Арктики должны заранее включать оценку пожарной опасности, профилактику возгораний, обслуживание инфраструктуры и готовность к быстрому тушению. Особое внимание предлагается уделять территориям с многолетней мерзлотой и высокой природоохранной ценностью.

При этом работа имеет временное ограничение: анализ охватывает только 2001–2013 годы. Более новые спутниковые данные ночного освещения авторы не использовали, поскольку они пока недостаточно надёжно очищены от свечения полярных сияний. Исследование также не учитывает все различия в растительности и рельефе, которые могут влиять на распространение огня.