Пресная вода становится стратегическим ресурсом мировой экономики

Пресная вода становится стратегическим ресурсом мировой экономики, сопоставимым по значению с нефтью и зерном. Об этом говорится в докладе Института изучения мировых рынков Росконгресса «Рынок пресной воды: природные запасы, технологии и геополитическая игра», опубликованном в апреле 2026 года.

По данным доклада, более 2 млрд человек на Земле уже испытывают сильный дефицит воды, а около 4 млрд — почти половина населения планеты — сталкиваются с острой нехваткой как минимум один месяц в году. Высокий уровень водного стресса отмечается в половине из 100 крупнейших городов мира, при этом 38 из них, включая Пекин, Нью-Йорк и Дели, находятся в регионах с чрезвычайно высоким уровнем водного стресса.

На фоне роста населения, урбанизации и промышленного спроса глобальное потребление воды к 2050 году может увеличиться на 20–33% по сравнению с уровнем 2010 года. При этом вода остаётся крайне неравномерно распределённым ресурсом: хотя она покрывает около 71% поверхности Земли, только примерно 2,5% мировых водных запасов приходится на пресную воду. Из этой доли почти 69% сосредоточено в ледниках и ледяных шапках, около 30% — в подземных водах, а на наиболее доступные поверхностные воды в реках, озёрах и болотах приходится лишь около 1%.

В докладе отмечается, что крупнейшие запасы пресной воды за пределами Арктики и Антарктики расположены в так называемом «третьем полюсе» — регионе Тибетского нагорья и окружающих горных систем, включая Гималаи, Гиндукуш, Каракорум, Памир и Тянь-Шань. От талой воды из этого региона зависит примерно 16–25% населения мира. Крупнейшим резервуаром пресной воды в Северном полушарии назван Гренландский ледяной щит площадью около 1,7 млн кв. км.

Наиболее уязвимым к дефициту воды регионом остаются Ближний Восток и Северная Африка. В странах Персидского залива, где многие государства не имеют рек с постоянным стоком, ключевым источником водоснабжения становится опреснение. Вдоль побережья Персидского залива работает более 400 опреснительных установок, которые дают около 40% мирового объёма опреснённой воды. В Катаре опреснение обеспечивает 99% питьевой воды, в Бахрейне — более 90%.

Основным потребителем пресной воды остаётся сельское хозяйство. По данным ФАО, в 2022 году на него приходилось 72% общемирового забора воды, на промышленность — 15%, на муниципальный и бытовой сектор — 13%. Подземные воды обеспечивают примерно половину воды, забираемой для бытовых нужд, и около четверти воды, используемой для орошения.

Дефицит воды напрямую влияет на продовольственную безопасность. В докладе со ссылкой на World Resources Institute говорится, что четверть мировых сельскохозяйственных культур выращивается в районах с крайне нестабильным или ненадёжным водоснабжением. Особенно уязвимы рис, пшеница и кукуруза, обеспечивающие более половины потребляемых в мире калорий. Около трети этих культур выращивается с использованием водных ресурсов с высоким уровнем стресса или нестабильности.

Водный фактор становится важным и для промышленности. Среди наиболее водоёмких секторов после сельского хозяйства в докладе названы индустрия моды, электроника и энергетика. Отдельно отмечается рост потребления воды дата-центрами: Международное энергетическое агентство прогнозирует, что оно увеличится примерно с 560 млн куб. м в 2023 году до 1,2 млрд куб. м к 2030 году. Такой объём сопоставим с годовым потреблением города с населением около 7,5 млн человек.

Нехватка воды также влияет на мировую торговлю и логистику. В докладе приводятся примеры снижения уровня воды в Рейне, засухи на Тайване, проблем с поставками ячменя и хмеля в Южной Африке, ограничений в Панамском канале и нарушения речного транспорта в бассейне Амазонки. В каждом из этих случаев водный дефицит приводил к сбоям в цепочках поставок, росту расходов или снижению производства.

Отдельный раздел доклада посвящён технологиям генерации воды. Среди ключевых решений названы повторное использование воды, опреснение, извлечение геотермальной воды и влаги из атмосферы, а также сбор воды из тумана и росы. В мире действует около 21 тыс. опреснительных установок, которые производят примерно 110 млн куб. м воды в день. Крупнейшие мощности расположены в Саудовской Аравии, ОАЭ и Израиле, также растут мощности в США, Индии и Китае.

При этом опреснение связано с экологическими ограничениями. В докладе указывается, что рассолы, образующиеся при работе установок, часто сбрасываются обратно в моря, повышая солёность и меняя состояние морских экосистем. Кроме того, опреснение остаётся энергоёмким процессом. На этом фоне страны с высоким уровнем солнечной активности и дефицитом пресной воды развивают технологии солнечного опреснения, однако эффективность таких систем пока остаётся ограниченной и зависит от погодных условий.

Вода всё чаще становится фактором международной политики. В докладе отмечается рост числа конфликтов, связанных с водными ресурсами. По данным Pacific Institute, в 2024 году было зафиксировано 420 таких конфликтов — рекордное значение. Среди наиболее чувствительных направлений названы бассейны Тигра и Евфрата, Нила, Иордана и Инда, а также Гренландия, обладающая значительными запасами пресной воды.

Авторы доклада также указывают, что удары по водной инфраструктуре могут использоваться как инструмент давления в конфликтах. Особенно уязвимыми названы страны, зависящие от опреснительных установок: повреждение таких объектов может привести не только к социальным и экономическим последствиям, но и к экологическому ущербу из-за возможного выброса химических веществ в окружающую среду.