Углеродное ценообразование выходит за рамки климатической повестки

Всемирный банк опубликовал ежегодный доклад State and Trends of Carbon Pricing 2026, посвящённый развитию систем углеродного ценообразования и рынков углеродных единиц. Документ фиксирует продолжение глобального расширения механизмов торговли выбросами и углеродных налогов, однако одновременно указывает на усложнение архитектуры рынка, рост политической чувствительности климатических мер и усиление влияния климатического регулирования на международную торговлю.

По оценке авторов доклада, прямое углеродное ценообразование — через системы торговли выбросами (ETS) и углеродные налоги — теперь охватывает около 29% мировых выбросов парниковых газов. В мире действует уже 87 таких механизмов. Если страны реализуют заявленные планы, к 2030 году под углеродным регулированием может оказаться почти треть глобальных выбросов.

За последние десять лет масштабы регулирования существенно выросли. В 2016 году существовало 39 механизмов углеродного ценообразования, покрывавших около 12% мировых выбросов. Сейчас их количество более чем удвоилось. При этом основной рост обеспечивают именно системы торговли выбросами, тогда как доля выбросов, покрываемых углеродными налогами, остаётся относительно стабильной.

Одним из ключевых трендов 2025–2026 годов стало расширение национальных ETS в Азии. Индия запустила национальную систему Carbon Credit Trading Scheme для энергоёмких отраслей промышленности. Япония перевела свою систему GX-ETS в обязательную фазу, а Вьетнам начал пилотное применение собственной ETS с обязательствами по выбросам за 2025–2026 годы.

Авторы доклада подчёркивают, что современные механизмы углеродного регулирования всё чаще рассматриваются не только как климатический инструмент, но и как элемент промышленной, энергетической и бюджетной политики. В условиях нестабильности сырьевых рынков и роста цен на энергоносители правительства пытаются использовать углеродное ценообразование для стимулирования энергоэффективности, повышения энергетической безопасности и привлечения инвестиций.

При этом 2026 год проходит на фоне серьёзной турбулентности мировых энергетических рынков. В докладе упоминается крупнейший зафиксированный шок предложения нефти — сокращение мировых поставок примерно на 10 млн баррелей в сутки в марте 2026 года, а также перебои с поставками через Ормузский пролив. Эти факторы уже влияют на обсуждение климатической политики в ряде стран. Например, Ирландия отложила повышение национального углеродного налога из-за роста цен на топливо.

Несмотря на экономическую нестабильность, средняя цена углерода продолжает расти. По данным Всемирного банка, средневзвешенная цена выбросов за десять лет увеличилась почти вдвое — с 10 до примерно 21 доллара за тонну CO2-эквивалента. Наиболее высокие уровни цен сохраняются в Европе и Центральной Азии.

Одновременно сохраняется значительный разрыв между странами с разным уровнем доходов. В странах с высоким доходом средняя цена углерода достигает около 44 долларов за тонну, тогда как в странах со средним уровнем дохода она значительно ниже.

Доходы бюджетов от ETS и углеродных налогов в 2025 году превысили 107 млрд долларов. При этом более 70% поступлений обеспечили именно системы торговли выбросами. В докладе отмечается, что значительная часть этих средств направляется на финансирование энергетического перехода и климатических проектов. В частности, японская GX-ETS должна стать источником финансирования национального фонда поддержки энергетической трансформации.

Отдельное внимание в докладе уделено трансграничному углеродному регулированию. С 2026 года Евросоюз начал полноценное применение механизма CBAM — Carbon Border Adjustment Mechanism, предусматривающего углеродные платежи для импортируемой продукции. Хотя механизм напрямую затрагивает менее 0,5% мировых выбросов, авторы доклада считают, что его влияние значительно шире, поскольку CBAM уже стимулирует страны к разработке собственных систем углеродного регулирования.

Всемирный банк отмечает, что реакцией на европейский механизм становятся как национальные ETS и углеродные налоги, так и обсуждение собственных трансграничных мер. Такие механизмы уже рассматривают Великобритания, Канада, Австралия, Таиланд и ряд других стран.

Параллельно продолжается развитие рынков углеродных единиц. Объём выпуска углеродных кредитов в 2025 году вырос на 8% по сравнению с предыдущим годом, хотя остаётся ниже пиковых значений 2022 года. Особенно быстро растут государственные системы кредитования выбросов.

Авторы фиксируют усиление интереса к высококачественным углеродным единицам, особенно тем, которые соответствуют международным требованиям авиационного механизма CORSIA. Такие кредиты в 2025 году торговались по ценам существенно выше большинства других типов углеродных единиц — до 22 долларов за тонну CO2-эквивалента.

Одновременно Всемирный банк обращает внимание на растущую роль природных климатических решений. В последние годы основная часть инвестиций в углеродные проекты приходилась на лесные и природоохранные инициативы, включая проекты по сохранению лесов и лесовосстановлению.

При этом авторы подчёркивают, что глобальная система климатического регулирования становится всё более фрагментированной и неоднородной. Универсальной модели углеродного ценообразования не существует: страны адаптируют инструменты под собственные экономические условия, структуру промышленности и политические приоритеты.

Доклад State and Trends of Carbon Pricing 2026 показывает, что углеродное регулирование постепенно превращается из узкоспециализированного климатического инструмента в полноценный элемент глобальной экономической политики. Однако одновременно растёт зависимость этих механизмов от геополитической ситуации, состояния энергетических рынков и международной торговли.